Свободное общение Карта сайта Поиск
можно через
  • facebook
  • вконтакте
  • одноклассники
  • google
Создаем тему и дружно общаемся!

О жертвах и палачах...

  • 9 ноября 2016 (01:36, среда)
  • 21
  • 171
  • ida
О жертвах и палачах...

Дорогие друзья! Не спортом единым, как говорится... Тем более до начала сезона время есть. Кроме того, есть и другой повод — как всегда, когда речь заходит о революции 1917 года и советском периоде нашей истории, начинаются споры по поводу кто есть жертвы и кто есть палачи.

Хочу предложить вам небольшой рассказ современного автора Алексея Ивакина. Рассказ называется "Стаканчик сахара". Он дает несколько иные акценты и несколько иной взгляд на вещи, чем в той литературе, за которую премии дают сейчас.

Рассказ дается с сокращениями. Полную версию вы можете найти в интернете. Алексей Ивакин, публикуя свои рассказы, не требует обязательного разрешения от него лично на размещение или распространение.

Стаканчик сахара

Репрессии тридцать седьмым не ограничиваются. Тогда здесь, в тылу, тоже был голод. Многого я не помню, но чувство голода запомнил на всю жизнь. Мама иногда с работы приносила сахарный песок. Немного, стаканчик. Что такое стаканчик для молодого, растущего организма?

(отрывок)

Олег положил телефон на стол. Да, хорошо, что в кабаке никого нет, музыка играет тихо.

— Итак, вы пострадали от незаконных политических репрессий.

— Не только я. Вся моя семья. Дело это было в апреле сорок второго года.

— Не в тридцать седьмом?

— Репрессии тридцать седьмым не ограничиваются. Тогда здесь, в тылу, тоже был голод. Многого я не помню, но чувство голода запомнил на всю жизнь. Мама иногда с работы приносила сахарный песок. Немного, стаканчик. Что такое стаканчик для молодого, растущего организма?

— Сколько вам было?

— В сорок втором? Уже шесть лет. Я все время хотел есть, плакал. Хотел сладкого, очень хотел. Вот мама и приносила стакан сахара. Не колотый, заметьте, а именно песок. Знаете, что такое колотый?

— Нет.

— Куда уж вам. Это такой сахарный камень, сахарная голова, как тогда называли. Откалываешь от него кусочек и сосешь. Мне такой больше нравился. Как конфета. А у мамы колотого не было. Работала она в "Кулинарии", пекли торты для обкома партии. Вот она домой и носила. Естественно, кто-то настучал на нее в органы. Вот, в конце апреля ее арестовали. Перевернули весь дом. Дали ей расстрел с конфискацией имущества. Отца тоже арестовали...

— Он был не на фронте?

— Нет, он служил в жилконторе бухгалтером. Арестовали за соучастие. Меня, шестилетнего мальчика, отправили в спецприемник, а потом в детский дом, в Сызрань. Вот представьте себе — мальчик. Шесть лет. Рядом мама, папа, тепло, уют, лампа на столе, мамины сказки перед сном. И сразу, резко. Тонкое казенное одеяло, вьюга за окном, качающийся фонарь и тень крестом на полу: двигается, двигается... И никакого будущего...

— А потом?

— А что потом? Отец пропал без вести в штрафной роте, мать умерла в лагере, да... — Александр Иванович осторожно уронил львиную гриву на тонкие руки. Помолчал. — Так я в детском доме и вырос. Потом закончил Саратовское художественное училище и, представьте себе, советская власть отправила меня по распределению в этот же проклятый Богом город. Художником-оформителем.

У Александра Ивановича вдруг битлами зазвонил телефон. Лэтэтби? Лэт, мать его, би, точно.

— Извините, — он вытащил телефон из кармана модных, низко приталенных джинсов. — Кто звал меня в сей неурочный час? Аааа! Это ты, голубка. Конечно, конечно. Все в силе. Да занятия начнем ровно в семь вечера. Подруга просится? Хм... Искусство, голубка моя, не терпит суеты. Нет, ты не понимаешь. Что есть живопись? Это искусство слияния творца с творимым. Это экстаз! Глаза, руки! Это лишь инструменты! Нельзя делить общее на частное. Все есть целое в совокуплении частного! Готова ли ты, что бы я поставил тебя, то есть тебе, руку и душу? А подруга? А сколько ей лет? Тогда вдвоем мы будем писать ее. Ну все, все. У меня важный разговор.

Он положил телефон на стол, отпил кофе, поморщился:

— Милочка! — крикнул он через зал официантке. — Еще чашечку. Но только не переварите его, я вас умоляю. Так, на чем мы закончили?

— Вы вернулись художником-оформителем.

— Да, вот такая гримаса совковой власти. Изощренная гримаса. Сначала жил в заводском общежитии, потом уже, став членом Союза художников, получил мастерскую на набережной. А живу, представьте себе, на той же улице, откуда забрали моих родителей. Да, да, на той же.

— Вы искали их?

— Конечно. Пока коммуняки были у власти не очень искал, сами понимаете. Член семьи врагов народа, куда там... Эх! Когда же поднялась в несчастной России долгожданная заря свободы, тогда искать и начал. Но, как уже говорил, мать умерла в лагерях, отец сгинул на войне. Один я остался. Но самое интересное дальше. Я нашел, вы не поверите...

— Брата? — не удержался Олег.

— Что? Какого брата? Я был единственным ребенком в семье. Я нашел одного из палачей моей семьи.

— Как?

— Как, как... Дело у меня на руках было. Я выписал все фамилии, потом обратился в местные архивы. Почти все паразиты сдохли, кроме этого. Этот коммунофашист до сих пор небо коптит. Представляете? Я сейчас планирую подать в международный трибунал на него. А что? Нацистских преступников же сажают до сих пор. А наши чем лучше? Всех их сажать надо. Всех, до единого! И тогда Россия наша матушка освободится уже и в духовном смысле.

И размашисто перекрестился.

— Наверное, — согласился Олег. — А у вас адрес этого, ммм, палача, есть?

— А вот это! — художник торжествующе поднял руку к потолку, едва не толкнув подошедшую официантку.

— Ваш кофе!

Александр Иванович не обратил внимания на нее:

— А вот это еще один сюрприз! Он! Живет! В том же! Доме! Откуда! Забрали! Мою! Семью!

— В той же квартире?

— Увы, нет. Я бы ему еще пришил и покушение на частную собственность.

— Понятно. Так его можно найти и поговорить?

— Зачем это вам?

Олег мог бы сказать, что ему, как журналисту, необходимо осветить ситуацию с нескольких сторон, но этого делать было нельзя. Пациент должен думать, что журналист только на его стороне.

— Хочу посмотреть в бездну.

— О! — с уважением посмотрел на Олега Александр Иванович. — Не опасаетесь, что бездна посмотрит на вас?

— Опасаюсь, — честно ответил репортер.

— Тогда вот вам адрес, записывайте... Милочка! Я же просил, что бы вы не переварили кофе! Ну-с, я побегу, студенты, знаете ли, сегодня нагрянут на квартирный плэнэр. Надо сменить, мнэ, интерьер для работы. Пока!

И умчался. Через пару минут официантка принесла Олегу счет. За двоих, естественно.

К "Бездне" Олег вечером не пошел. Вечером посидел, расшифровывая аудиозаписи, посмотрел матч английской премьер-лиги и рухнул спать. Утром, утром. Все утром.

А утром он долго звонил, потом стучал в дверь квартиры деда-палача. Никто не открывал. Да уж, частная собственность... Двухэтажный деревянный покосившийся барак черного цвета. Лестница и коридоры провоняли мочей — кошачьей, человечьей, собачьей, тараканьей... А дверь, обитая "дерьмантином" еще во времена самого Сталина так и не открылась. Зато открылась соседняя дверь:

— Эй! Чего долбишься спозаранку? — из соседней квартиры высунулась тетка в розовом халате и серых бигудях.

— Да вот... Жильца ищу. Петра Трофимовича. Он здесь проживает?

— Здеся проживает, пердун старый. Только нету его. А вы откель? Из милиции? Так я вам скажу, он самогон варит. Точно. Я сама...

— Нет, я из газеты.

— По расселению, что ли? Ну, наконец-то. А то мы пишем-пишем, пишем-пишем... А толку — ноль! Я ж на очереди с восемьдесят девятого стою. А этот хрыч первее меня. На что ему квартира? Ему участок на кладбище пора выдавать. Да не бесплатно. Пенсия у него ветеранская большая, а он еще и охранником устроился на автостоянку. Без дела, говорит, не могу. А куды ему денежки? Пенсия-то поди под двадцать тыщ. Да еще и охранником тыщ десять. А мы всю жизнь горбатимся и чего? За что нам страдания? Нет уж, я первой его должна идти. У мня муж, дочь, зять, скоро внука будет, а мы все на одной площади. А поди его в престарелый дом, а комнатку-то нам, а? Вы там похлопочите!

Олег клятвенно пообещал похлопотать. Но, прежде, выпросил адрес автостоянки, где работал охранником заслуженный работник МВД.

Хорошо, стоянка недалеко оказалась. Всего три остановки на троллейбусе: машиной Олег не пользовался. Не любил, потому как зарплаты на ее содержание не хватало. Зарплаты, заплаты, зряплаты... Мда.

Черт, дождь пошел...

Олег прибавил шагу. А вот и он. Больной зуб. В смысле, охраняемая автостоянка. В будке возле шлагбаума сидел молодой пацан, ни возрастом, ни рожей не походивший на кровавого сталинского палача. Тютя из студентов. Сиди, играйся в телефоне, на кнопочку нажимай, когда машина подъедет. Тоже работа.

Репортер постучал в окно студенту.

— А? — оторвался тот от телефона.

— Петр Трофимыч где?

— У себя! — ткнул пальцем за спину студент и снова ткнулся в телефон.

— Ага, — невежливо ответил Олег и пошел в сторону облезлого строительного вагончика, стараясь не ступать модными ботинками в лужи. А как в них не ступать, если лужи везде? Блин, центр города, асфальт положить на стоянку не могут... Теперь в дверь вагончика постучать.

— Кто? — голос был старческий, но твердый.

— Петр Трофимыч?

— Я знаю, кто я. Ты кто?

— Здравствуйте, я журналист из...

Дверь открылась. На пороге стоял когда-то явно высокий, а теперь уже сутулый, худой лысый старик.

— Чего надо?

— Мне нужна консультация по одному вопросу.

— Иди в милицию. Я-то тут причем?

— Мне консультация по вашим временам нужна. Ну, когда вы работали.

— Я тридцать пять лет служил. Какое время-то надо?

— Военное, — ответил Олег.

— Хм, хоть бы кто о Черненко там спросил или о горбачевщине. Нет, всех Сталин интересует. Что конкретно хотел?

Порыв ветра плеснул старику в лицо, а Олегу надул дождя за шиворот.

— Ладно, заходи.

В вагончике было тепло, сухо, пахло не то машинным маслом, не то... Нет, маслом, наверное. Мужской такой запах, настоянный временем.

— Я вот по какому вопросу...

— Чайку? Продрог, небось?

— Да, спасибо. Не откажусь. Я вот по какому вопросу. Вы весну сорок второго помните?

— А что ж не помнить? Тебе покрепче? Сахара сколько?

— Две. Вот как раз насчет сахара...

— Злой год был. Особенно зимой лютовало, — перебил журналиста Петр Трофимыч. — Тогда нам блокадников в город привезли. Эшелонов пять или шесть. Да. Половина уже мертвыми. Памятник, помнишь, два года назад открывали?

— Помню. Но я там не был, там от редакции другой журналист...

— Держи. Осторожно! Горячая. Мы такие кружки гестаповками называли. Я тебе три положил. Сахар в такую погоду — первое дело.

— Ага, так я про...

— Вот там где памятник нынче стоит, там никого нет. Тела мы вытаскивали, на телеги и отвозили в лес, там рвы рыли и там хоронили. Метров на двести дальше памятника. Там сейчас новый микрорайон налаживают строить. Слыхал? Вот...

— А я про сахар хотел спросить.

— Сахар как сахар, — недоуменно посмотрел старик в пол-литровую банку. — Чего про него спрашивать-то?

— Знаком ли вам такой человек — художник, Александр Иванович, живет недалеко от вас, грива у него такая...

— Карточки нет?

— Еще нет. Но будет.

— А фамилия?

Олег назвал фамилию художника.

— Нет, не помню такого. Ты пей, пей. Не то простынешь.

— Так вот, он утверждает, что вы арестовали тогда его мать, отца и его самого отправили в детский дом для детей врагов народа.

— Я? — удивился Петр Трофимыч. — Да я ж рядовой был, постовым ту зиму стоял. Кого я арестовать-то мог? Нет, арестами у нас старшие товарищи занимались. Мы так, с уличным бандитизмом боролись, хулиганством, опять же. Дежурства насчет светомаскировки, да посты ВНОС.

— Куда? — не понял Олег.

— В небо! Воздушное наблюдение, оповещение, связь. ВНОС, сокращенно. Хотя к нам фрицы не долетали, далеко им было. Так что твоего художника я не арестовывал.

— Ну как же. Он утверждает, что знакомился с материалами дела, нашел там вашу фамилию...

— А что за дело-то было? — почесал лоб Петр Трофимович.

— Я и говорю, про сахар. Мол, его мать носила домой с работы сахар для сына. Кто-то донес, ее арестовали, с ним мужа, сына...

— Для сына, говоришь? — усмехнулся Петр Трофимович. — Вспомнил, вспомнил. Громкое дело было. Так я вот про блокадников расскажу сначала. Где-то в марте привезли эшелон детей ленинградских. Нас всех на разгрузку сами они ходили с трудом. На руках прямо умирали. Ну, мы подкормить пытались прямо сразу, да куда там... Строжайший приказ — не кормить ни чем.

— Почему?

— Помереть от еды могли. Это еще когда первый эшелон пришел зимой, а там взрослых было и детей, конечно. Паек им выдали на неделю вперед — они его сразу весь съели. И от еды умирать начинали. Организм он такой, да. Потихоньку, полегоньку, бульончик куриный, кашки какой. А они в рот буханку целиком. Не справлялись кишки и помирали. Мы уж привыкли к ним, знали, что как. А тут одни дети. Нету старших. Не, ну сопровождающие, само собой. Но так — одни дети. Несешь мальчишечку лет двенадцати. А он весит как младенчик. Глаза огромные, смотрят на тебя. А там — бездна. Бежишь и смотришь — пар-от идет ли из носа, дышит ли? Один так на руках и умер. Ну, их всех по домам детским, в райцентры, там все ж полегче с продовольствием, чем в городе. Всё ж на фронт уходило, всё ж для мужиков на фронте. А там, в деревнях, подсобно выжить легче. Без еды не останешься. Самых же больных и тощих оставили в городе, при госпитале. На углу Карла Маркса и Ленина особняк стоит. Знаешь?

— Ага.

— Ну вот там. Туда истощенных отвезли. Чем они дышали — уму не постижимо. Ну, значит, привезли мы их и на службу...

— Петр Трофимыч, а про сахар!

— Не перебивай. Про сахар... Не помог им этот лазарет. Мрут и все тут. Ну понятно, блокадники же. То одного увезут хоронить, то другого. А им усиленное питание, лекарства. Дети! Ан нет, все равно мрут. Что такое? А кормился этот детский дом от "Кулинарии". Ну вот комиссия партийного контроля и пошла проверять — почему высокая смертность. Хотели уже врачей под суд отдавать. И проверили нормы выдачи продуктов. Вроде все нормально. Привезли из "Кулинарии" ужин — двести порций. Взвесили. Все нормально, все по норме. Но врачи образцы продуктов и к себе в лабораторию. Наутро — ахнули. Вместо мяса — хлеб, сахара в каше, чае, раза в три ниже нормы. Ну это я потом узнал. А тогда срочно в машину и поехали брать с поличным. Я с начальником сразу на квартиру к директрисе. На чердаке дома — пять мешков сахара, консервы, сухари. Много там чего было. Кстати, я в том доме и живу сейчас. Только тогда он был новенький, барак тот. А жили они аккурат в другом конце коридора. Ну, ко мне, как заходишь, направо, а к им надо было налево. В квартире, конечно, барахла всякого было... Шелка, меха, статуэтки, золото, камушки... Меняли на рынке.

— А вот Александр Иванович говорит, что там было только стаканчик сахара...

— Ну, он может только стакан и видел с мамкиных щедрот. А поди и врет. Ты запрос сделай в архив, в деле должна сохраниться опись продуктов.

— И что с ними?

— А что с ними? Всю банду из "Кулинарии" тут же под суд и кому десятку, кому пять. Они ж там все замазаны были. Одной заведующей такого не сварганить. Да сразу все и во всем признались. Ну и у каждой бабы дома тоже самое. Консервы, сахар, крупы... Пятьдесят восемь, семь. В условиях военного времени это...

Петр Трофимович чиркнул себя по горлу.

— ...но малолетние дети у них. Смягчающее обстоятельство. Пожалели. Сейчас бы вообще отпустили. Мелочь.

— И правда, Петр Трофимович, ну пять мешков сахара это же пустяки. Ну, вернула бы. Зачем же в тюрьму?

— Милый, ты дурак, что ли? — поморщился старик. — Сахар весной сорок второго... Это же... Это же дороже золота. Украина под немцем. В деревнях мужиков нет. Будет урожай или нет — неизвестно. Немцев надо как-то гнать. А вот сахар детишкам-дистрофикам где взять? За золото покупать только. Да черт с ним, с золотом. Сколько моряков погибло, этот сахар защищая? И не только наших моряков-то. Кровью этот сахар оплачен, понимаешь. Смертью для жизни. А тут какая-то крыса тыловая у детей ворует, заставляя их дохнуть от голода. Чем она лучше немца, что блокаду им устроил, детям-то? Так что, все по-честному.

— Она умерла в лагере.

— Да? И хорошо.

— А мужа ее куда?

— Если не ошибаюсь, муж у нее работал в этом... Запамятовал. Ордера на квартиры выдавал. Типа ЖЭКа.

— Паспортный стол?

— Точно. Начальник паспортного стола.

— А что, тогда дома строили?

— А как? Сам посуди, до войны в городе жило тысяч сто. А как эвакуация началась — тут тебе и ярославцы, и эстонцы, и латыши, и ленинградцы. Город сразу в три раза увеличился. Жить-то где им? Ну вот, бараки и строили. А местных уплотняли.

— Это как?

— У тебя квартира сколько комнат?

— Одна. Она не моя. Я снимаю.

Петр Трофимович пожевал губами, глядя в потолок:

— Семью из трех-четырех человек, по ордеру. Подвинешься, ничего.

— А не пущу?

— А под суд?

— Мда... И что муж этой заведующей?

— Тоже махинировал. На лапу ему совали — он подписывал фиктивные отказы, мол, жилплощадь не позволяет подселять. На это уже махнули рукой, бронь сняли и на фронт. А на его место посадили фронтовика безногого.

— Петр Трофимович, а вы-то воевали?

— На фронте? Нет, не довелось. Я тут воевал. Теперь вот палач сталинский...

— И последний вопрос, Петр Трофимович, а сына этой пары куда?

— Как куда? В спецприемник.

— Его-то за что? Он же совсем еще ребенком был!

— А куда его? На улицу? В беспризорники?

— А родственникам?

— Да не было там родственников. В спецприемник, там карантин прошел и отвезли в какой-то детский дом. Я уж не следил. Таких много было.

— Вот он вернулся, ненавидит вас.

— Да кто ж меня любит... Мент же, — вздохнул Петр Трофимович. — Соседка и та волком смотрит. Еще чаю?

— А она-то за что?

Старик пожал плечами:

— Комната больше. Пенсия хорошая.

— А зачем тогда работаете?

— Скучно. Да и деньги нужны.

— Зачем?

— А вот это не твое дело.

По пути в редакцию Олег пытался уложить собранную информацию в одну картину. Не получалось. Вернее, получалось, но...

— ...вот такая вот история, — закончил рассказ Олег.

— Да уж, — мрачно ответил шеф. — Блокадников сразу убрать. Не надо. Не трогай. Количество мешков. Ну, полмешка пусть будет. Ну, один. Не больше. Нам тут не надо... Гонорары возвращать. Или ты вернешь?

— А я и не потратил почти. Только этого художника сахарного кофеем напоил. За свой счет!

— Олежа, ты не понял. Это все только начало. Вот там, — главред ткнул тощим пальцем в потолок. — Вот там решили, что на грядущих выборах губернатора мы будем поддерживать кандидата от некоей объединенной оппозиции. Так вот, этой оппозиции жуть как не нравятся рассказы про честных чекистов и вороватых чиновников. Это понимаешь? И тогда и ты, и я не то что перестанем зарплату и левые гонорары получать, а вообще в этом городе работу не найдем. Это понимаешь?

— Понимаю, но... Как же честная журналистика, свобода слова, все такое? Вы же сами меня этому учили.

— Учил. Только я забыл сказать, что свобода слова зависит от толщины кошелька ее владельца. В обратной пропорции. Чем толще кошель, тем меньше свободы. Так понятно? А про честную журналистику забудь.

— А как же... А если это правда?

— Что? Вся эта история? Закажи дело в архиве, разберись. Напиши себе в стол рассказ. Художественный. Назови его... "Стаканчик сахара". Дарю название. Можешь издать под своим настоящим именем.

— Понял?

— Понял...

P.S.

Спустя год, совершенно в другом городе Олег рассказал мне эту историю. Нет, он не уволился. Очень ему хотелось расплатиться за кредитную путевку на Гоа. Статья вышла, потом другая, потом третья. Выборы уже скоро, вовсю идет подготовка. Штабы там, все дела.

— А Петр Трофимович? — остальные меня не интересовали.

Петр Трофимович же умер вскоре после первой статьи. Сердце. Комната, кстати, соседке и досталась. На похоронах было много народа, нет, Олег не ходил. Некогда было. Рассказывали, что много было из милиции: провожали подполковника с почетом. Приехала и делегация из детского дома, что в одном из районов области. Он туда переводил свою пенсию, жил же на копеечную зарплату охранника.

— Гоа-то как? — спросил я Олега.

— Нормально. Гоа как Гоа.

Помолчали. Налили по-шустовскому. Чокнулись, выпили.

— Не стыдно было?

Олег хмыкнул и отвел глаза:

— Нет.


    Комментарии читателей 171
    norweg, ты рассказик-то прочти — чтобы лучше понимать хотя бы свой комментарий к нему
    Мрази! Сколько людей убили! И сейчас хоть бы хны, сидят, корчат из себя совесть нации ((
    VM, Блажен кто верует )) аскеза тут вообще дело третье. Это правительство может издавать любые указы, они будут в любом случае не в пользу тех кому не чем платить.
    кост,

    Когда станет нечем платить, тогда будем практиковать аскезу, если конечно, правительство не издаст указ платить натурой :))
    VM, А чего мне горевать? я этим и не болел никогда.
    Гляжу сколько радостных людей сейчас мимо толпами проходит ))
    Ты главное не хочешь принять-партийные деятели и трудящиеся были в одной команде, если бы так и осталось то всё было бы в ёлочку.
    Коммунизм это бесплатный доступ ко всем благам (не путать с личными самолётояхтоособняками и кучей прислуги), может идеал и недостижим, но дорога к нему это рост (расширение) доступа. Сейчас нас ведут в обратном направлении. А тебе по ходу нравиться за всё платить, а вдруг когда-нибудь станет не чем?

    Вот одна из сторон кубика, которую ты в упро видеть не желаешь-

    В директивах по составлению плана первой пятилетки XV съезда ВКП (б) указывалось на необходимость «иметь в виду развитие мелкой местной промышленности, кустарной и ремесленной, каковая, служа в настоящее время совершенно необходимым дополнением крупной государственной промышленности, способствует изживанию товарного дефицита и смягчению безработицы».

    Все это могло быть достигнуто путем всемерного развития системы производственных товариществ, коллективно объединявших средства производства и труд. Только общественная форма хозяйства могла дать стране необходимое количество продуктов, жизненно важных для индустриализации страны.

    Только кооперация могла обеспечить бывшим кустарям зажиточную жизнь, труд на самих себя в нормальных человеческих условиях.

    Кооперирование мелких товаропроизводителей и рост на этой основе мелкого промышленного производства, при одновременном снижении (абсолютно и относительно) мелкотоварных и частнокапиталистических хозяйств, явились главным содержанием общего процесса развития мелкой промышленности в рассматриваемый период. За 1926—1932 гг. была кооперирована подавляющая часть мелкого промышленного производства.
    Характерной чертой мелкотоварного промышленного производства в СССР явилась широкая связь его с сельским хозяйством. В 1928 г. в сельских местностях проживало 76,2% всех занятых в мелкой промышленности лиц, производивших 57,5% всей валовой продукции. Подавляющая часть сырья, перерабатываемого мелкой промышленностью, была сельскохозяйственного происхождения (около 74%). Поэтому до тех пор, пока сельское хозяйство не перешло к обобществленным формам производства, кооперирование мелкой промышленности встречало серьезные трудности.

    Хотя бы это почитай, а потом трактуй постановления и указы- fanread.net
    кост,

    Не горюй, Вадим. Всё равно мы придём к победе коммунизма после европейцев. Правда никто не обрадуется этому коммунизму, ни трудящиеся, ни партийные деятели.
    VM, Каждое постановление, указ, декрет и т. п. вызваны конкретными причинами, но все они должны рассматриваться в целом. Партия хотела что бы не было частных мельниц и вообще ни чего частного.

    Ты такой кекс бесподобный )) смешал горькое со сладким и утверждаешь что вкус у них был одинаковый (до смешивания) ювенальная юстиция действует по классовому признаку, а буржуи своих деток холят и лилеют за высокими заборами частных особняков. Прям вижу как толпа ювенальщиков осаждает особняк, для того что бы разорвать социальную и родственную связь отца-миллиардера и его сына ))
    Можно стремиться что бы все относились друг к другу как близкие родственники (братья), а можно как конкуренты (ЧЧВ)

    Не хочется много писать, да ты и не читаешь.
    кост,

    Преследуемые задачи в этом СПЕЦИАЛЬНОМ постановлении о гарнцевом сборе от 27 сентября 1932 года, абсолютно ясны. Партия во главе с вождями хотела чтобы мельники брали плату с колхозников. Ведь бесплатный помол тоже считался уголовным преступлением по советскому законодательству того времени. Ты поищи, да почитай это самое постановление, чтобы ты понимал кому и за что пришивали контрреволюцию в то время в самую первую очередь. И главное за что? За то что мельник частник бесплатно помолол зерно своей родственнице колхознице?

    А насчёт борьбы с частно-собственническим сознанием, так эту борьбу надо было начинать «с воспитания нового человека» прямо с пелёнок, о чём говорил Энгельс в своих «Принципах коммунизма» и чем, собственно сейчас и занимается Ювенальная Юстиция на Западе. То есть прежде чем строить коммунизм, надо разорвать всю социальную ткань общества до самого конца. Никакие родственные связи не должны играть в таком «передовом» обществе абсолютно никакой роли. И если государство сказало тебе, что ты должен брать плату со всех своих клиентов натурой, а не деньгами и со своих родственников в том числе, то у человека не должно возникать сомнения в том что он поступая по предписаниям партии идёт по правильному пути к светлому будущему.
    VM, Название это придумали не в народе, а там же где придумали «голодомор»
    А законы надо рассматривать в целом и понимать какие задачи преследовались. Одной из этих задач была борьба с таким как у тебя сознанием, частно-собственническим.«Идиотизм» привёл к тому, что мы застали-стабильные и низкие цены на хлебобулочные.
    кост,

    Это Постановление от 7 августа в народе называли «закон о трёх колосках». Были перегибы, конечно, в его применении, но признаться я сроду не думал что осужденным за хищения по закону от 7 августа 1932 года ещё и пришивали контрреволюционную деятельность (58-ю статью)

    Ты читал из докладной записки председателя Верховного суда вот это?:
    -----
    За истекший год, кроме основного закона от 7 августа, изданы следующие законодательные акты:

    1) Постановление ЦИК и СНК Союза от 27 сентября 1932 г. о гарнцевом сборе, устанавливающее ответственность по закону 7 августа «за незаконное расходование гарнцевого сбора владельцами и арендаторами частных предприятий и должностными лицами государственных, кооперативных и иных общественных предприятий»17.

    stalinism.ru
    -----

    В переводе на нормальный язык, это означает что тому мельнику, который помолол зерно колхознику и взял с него НЕ натурой (зерном), а советскими деньгами, по этому закону должны были впаять срок, потому что брать за свои услуги он был обязан только натурой.

    Интересно, было ли ещё где нечто подобное? Чтобы государство накатило срок только за то, что человек взял с другого человека «законным средством платежа» в этом же государстве? Идиотизм какой-то..
    VM, Потому что преступление против любой отдельно взятой личности не соизмеримо с преступлением против колхоза, кроме того во втором случае могут наступить последствия при которых не только шланг исчезнет, а всё разворуют, развалится колхоз и городе станет меньше государственных продуктов (дешёвых), которые государство закупало в колхозе. Далее развалится ещё несколько колхозов и как снежный ком. Утрировал чутка, но тут главное ход мысли. Да и взятый той в пример шланг, пример не очень удачный. Но я попытался раскрыть на этом примере.

    А с пятью рубашками, ты просто масштабов не видел, а там таких «умниц» и «умников» тысячи и из них осуждено менее 30%, в то время в Приморье торгаши обнаглели в край и их даже 58 было не испугать. Брали как из своей кладовки и пример этот я привёл лишь для того что бы показать что сажали по 58-7 (хотя во многих случаях статью опускают и фигурирует указ 7-8) кстати мы видели как отсутствие наказания за мелочёвку подорвало веру в законность и развратило общество, были случаи когда таких вот «умниц» подвозили с работы (из магазина) работники ОБХСС (в форме), а в багажник ложили похищенное, в карманах лежали наваренные на спекуляции деньги, наваренные прям на рабочем месте и в рабочее время. Главное все всё знали и уезжавшие и стоящие у магазина люди.

    к П. С.-собственность государственная, значит и преступление против государства.
    Вот из Конституции-
    Статья 4. Экономическую основу СССР составляют социалистическая система хозяйства и социалистическая собственность на орудия и средства производства,
    Статья 5. Социалистическая собственность в СССР имеет либо форму государственной собственности (всенародное достояние), либо форму кооперативно-колхозной собственности (собственность отдельных колхозов, собственность кооперативных объединений.
    Статья 7. Общественные предприятия в колхозах и кооперативных организациях с их живым и мертвым инвентарем, производимая колхозами и кооперативными организациями продукция, равно как их общественные постройки составляют общественную, социалистическую собственность колхозов и кооперативных организаций.

    Тут и шлангу твоему колхозному место найдётся :))-в итоге подрыв экономической основы государства (если любой каждый по шлангу, а далее и что по крупнее)
    кост,

    И всё таки мне непонятно, если ты не воспринимаешь кражу своих личных вещей (поливного шланга на даче или твоего багажа в поезде) как преступление направленное против тебя самого, твоей личности, то почему считаешь что хищение того же поливного шланга в колхозе это преступление против государства?

    Вот если этот шланг порежут на куски, да ещё на твоей даче забьют скважину камнями, тогда, действительно, восприятие этого преступления не как преступление против собственности, а как против самого собственника, будет адекватным. И в этом случае, если шланг государственный или колхозный, то 58.7 (вредительство) в самый раз. А так, 58.7 из-за кражи пяти рубашек и два кашне, да ещё в мирное время, — чушь собачья, а не вредительство.

    П. С. Короче, то что при Сталине ужесточили наказание за хищения общественной собственности, — это плюс. Ну а минус, или даже не минус а очередной косяк в том, что эти ЯВНЫЕ преступление против собственности приравняли к преступлениям против государства.
    VM, Вещь любая всего лишь вещь и нужна для конкретных целей. Такие «аскеты» обычные мещане, у них есть любимые вещи, они их наполняют мнимыми свойствами. Суть аскетизма обходиться малым. Это как раз отвязывает от многого.
    В детстве я зачитывался древней историей, спартанцы мне сразу понравились у меня и фильм любимый 300 спартанцев (старый 60-х годов) и как бы были они образцом, ну и мне рано объяснили что жалеть (о материальных потерях) глупо. В жизни мне часто это помогает.
    кост,

    Что не стал бы расстраиваться из-за шланга или других каких мелочей, это и я считаю нормальным явлением. А то ведь и среди аскетов есть такие кто воспринимает свои вещи как продолжение самого себя. И из-за этого украденного шланга может умом тронуться от обиды. И главное к чужой вещи такой человек равнодушен, но к своим привязан наглухо.
    VM, Блин у меня всё отобрали (была конфискация), это не шланг, а за него я бы и не парился (даже искать не стал бы).
    Вообще то меня несколько раз пытались убить и это самое конкретное преступление против моей личности и воспринимаю я это негативно, но по мелочам (какие то вещи) не считаю это преступлением. В милицию я никогда не обращался (даже мысли не было) в полицию то же не пойду (если вдруг хату выставят или ограбят) Реакция на действия против меня, я не связываю с законом. Да и сам я отбирал, воровал и т. п. Короче много раз совершал преступление против личности и государства (меньше) это тоже влияет на восприятие.

    Кстати первую кражу я совершил у государства, цепанул набор пласмассовых самолётиков (зелёного цвета) мне было года 4, потом была кража личного имущества-пистолет типа тт за 55 коп. пистонами стрелял, стырил в соседней группе. Тогда я ещё не понимал чья где собственность. Мальчик наверное плакал, а самолётики купили новые.
    кост,

    Ну не грабили, а что нибудь из твоих вещей похищали? Не знаю, может шланг там поливной на даче или ещё что. Вопрос в том, как ты это воспринимаешь, как преступление против себя (твоей личности)?
    VM, Если бы это неодушевлённое (общественное) так не влияло на личности, при чём все личности общества, то мог бы быть фетишизм. Какой фетишизм в том можно или нельзя покупать-продавать землю, заводы и т. п.? можно использовать это неодушевлённое с пользой для всех или для наживы единиц

    Дело то не в том грабили меня или нет, (В марте 1995 я потерял всё полностью, свободу, имущество, деньги (около 100 000 бакинских), это ни как не влияет на мои рассуждения.
    Если я буду рассуждать исходя сугубо из личных интересов, то мне параллельно, какой строй, чья собственность, какие законы, да и комментировать где либо не стал бы (а я и в реальной жизни завожу такие же разговоры, спорю постоянно, хотя толку чуть), иногда я думаю как бы плюнуть на всё и что бы меня ни чего не тревожило из того что меня лично не касается. Вот ни как не получается плюнуть, советское воспитание плюс русское сознание. Мы же любим сидя в лохмотьях думать во вселенском масштабе о том каким должно быть справедливое общество и типа того.
    При всём моём цинизме, чёрствости, я не стал равнодушным. Ко всему я по жизни аскет и вещи для меня дело десятое.
    кост,

    Понятно.
    Нет, Вадим, я не разделяю подобных убеждений. И не в обиду будет сказано, считаю отождествление неодушевлённого (собственности) с одушевлённым (личностью или организацией людей) — самым обычным фетишизмом. Твои вещи — это не ты сам, как и общественная собственность не само общество.

    П. С. Помню что уже спрашивал в прошлом году, но спрошу ещё раз :)) Чес. слово ты так рассуждаешь как будто тебя ни разу не грабили. Правда-что-ли? :))
    VM, Именно так, против личности. Чья собственность против того и преступление.
    кост: «Собственность не сама по себе и если она государственная то и преступление против государства.»

    А если собственность личная, то и преступление против личности, так?
    VM, Собственность не сама по себе и если она государственная то и преступление против государства. Личные вещи это личные вещи, а вот земля, заводы и т. д. это уже основа общества, оно это общество прям буквально жило на части этой самой собственности.

    Мне фиолетово на чужое понятие справедливости и Маркс мне не указ, не важно как он лично понимал справедливость, он дал ученье, а Ленин развил его.
    кост,

    Как это «невозможно» если так должно быть, да и было есть и будет?
    Есть преступления против собственности, есть против личности, есть против государства, против общественной безопасности и тд и тп.. Проще говоря: твои вещи это ещё не ты сам, как и общественная собственность ещё не само общество.

    Насчёт справедливости на которую, по крайней мере БЫЛ (когда-то) заточен наш народ, уже говорил на ветке «Трагедии Украины». У каждого народа своя справедливость. Я уже приводил тебе примеры механизма справедливого перераспределения земли в традиционных сельских общинах разных народов. В этом плане разница между немцами и русскими, — пропасть. Поэтому не надо путать немецкую «справедливость» по Карлу Марксу с русской.
    VM,
    Невозможно одно без другого. Государство выражает интересы правящего класса, в том числе и отношение его к собственности. Преступление против общественной собственности это и есть преступление против государства рабочих и крестьян, т. к. преступники наживаются именно на них, присваивая продукт их труда, замечу не законно, т. е. именно государство обеспечивает неприкосновенность, ему что, сказать мол это дело не государственное типа сами разбирайтесь или пусть тащат от нас не убудет? (что в принципе и произошло, а мы бросились бороться за долю малую), а раз это преступление не против государства то и не с него спрашивать за утрату этой собственности. Какая тут высшая мера, кто её назначит?
    Тебя формулировки (слова) не устраивают, но суть то не поменять. Преступление государственное это акцент на важности, подчёркнутость особого внимания к этому вопросу, люди понимают, что с государством шутки плохи (многие подумают взять сберкассу или нет, теперь вон бронемашины, автоматы и то не спасает, а я застал инкассаторов женщин лет 40-50 которые везли деньги на завод на рейсовом автобусе, почтальонов тоже женщин разносящих вместе с газетами пенсии по квартирам, всё это было результатом тех мер которые проводили в том числе и в 30-е годы. Прервали последовательность и всё коту под хвост, перестали карать мелкие хищения и сами лукались в общее как в своё, а люди то видят всё и на ус мотают. В общем застал я инерцию, но и та в сравнении что началось года с 88, просто рай в плане криминала. Наш народ заточен на справедливость, поэтому или скинет буржуев или исчезнет и будут жить тут холдеи и холуи, называя себя русскими.
    кост,

    Объявление общественной собственности священной и неприкосновенной, за посягательство на которую положена вышка у меня и не вызывает неприятия. А вот приравнивание преступления против собственности пусть и общественной, к преступлениям против государства, т. е. сама идея отождествления собственности с государством, у меня вызывает отторжение.
    VM, Вот такая позиция мне и не личит, полу позиция. Советские законы в целом и УК в частности я считаю правильными.
    И дело не в двух кашне, а в принципе.
    «Капитализм не мог бы разбить феодализм, он не развился бы и не окреп, если бы не объявил принцип частной собственности основой капиталистического общества, если бы он не сделал частную собственность священной собственностью, нарушение интересов которой строжайше карается и для защиты которой он создал свое собственное государство. Социализм не сможет добить и похоронить капиталистические элементы и индивидуально-рваческие привычки, навыки, традиции (служащие основой воровства), расшатывающие основы нового общества, если он не объявит общественную собственность (кооперативную, колхозную, государственную) священной и неприкосновенной. Он не может укрепить и развить новый строй и социалистическое строительство, если не будет охранять имущество колхозов, кооперации, государства всеми силами, если он не отобьет охоту у антиобщественных, кулацко-капиталистических элементов расхищать общественную собственность. »
    кост,

    Свою позицию я тебе обрисовал ещё в позапрошлом году. Ничего против социализма я не имею, вот только на прошлую эпоху нужно смотреть критически и не повторять таких же косяков как к примеру который мы здесь сейчас обсуждаем. Или ты действительно считаешь правильным когда судят за преступления которых человек не совершал?

    Взяла чулки, пять рубашек, два кашне... и это по твоему контрреволюционная деятельность? Чушь это собачья, а не контрреволюционная деятельность! Ес-но, её реабилитируют и правильно сделают.
    VM, Да пускай реабилитируют, сейчас любой спекулянт это предприниматель, а любой разбойник уважаемый бизнесмен. И я их понимаю, ну не могут им нравиться советские законы. И тебя бы понял, будь ты буржуем и если бы честно свою позицию обрисовал (есть у меня несколько знакомых, они чётко свою позицию обозначают, им лучше при такой постанове и работать они не желают).

    Вот прям вчера встретил знакомого (52 года) ищет работу более года и нигде не берут, возраст, а у него уйма профессий и не пьёт, чем не репрессии? Сколько таких? Да ни каких судов и преследований, просто не нужен ни кому. И работу потерял из-за того что предприятие (сильно сказано конечно) переехало в другую область. Работодатель имеет полное законное право. Сам я работаю на бывшем заводе, площади которого сдаются в аренду, полтора года назад это предприятие переехало из Истринского р-на в наш и большинство остались без работы, некоторым пришлось тоже переехать и даже снимать хаты, при наличии своей квартиры и семьи (а чего жене бросать работать и ребёнка забирать из школы?) Летом окна роста от нас съехали в Загорск, сколько там сейчас дмитровчан? и это я не интересовался этой проблемой, а чисто на вскидку. Сотни репрессированных ни за что, вот тебе и невыплаченные кредиты и задолжность по квартире, кто то уже не вылезет из этой ямы. НУ ДА, ПРИ ЧЁМ ТУТ ГОСУДАРСТВО И ЕГО ЗАКОНЫ )) ПРИ ЧЁМ ТУТ РЕПРЕССИИ, нормальный капитализм (привет Детройту) думаю многие из них с удовольствием организовали бы советский колхоз и пахали бы за трудодни, даже без своего подсобного хозяйства.

    При капитализме преступление уже в том, что у тебя нет средств к существованию, тебя не потащат даже в суд.
    ida,

    Ну вот поэтому тех кого судили в своё время по 58-ой статье, всех и реабилитируют без разбора. Потому что даже воры не совершали тех преступлений за которые их судили.
    VM, Колхозники сами себе платили, это блин артель и они ни к кому на работу не нанимались и никто им зарплату не обещал, трудодни это их внутренняя система подсчёта кто сколько и какого труда вложил (это тебе не восьмерки в табеле) кстати любой мог выйти из колхоза, но это в большинстве случаев было не выгодно. Они работали на себя и государство с них брало многим меньше чем до Революции и других странах в 30-е годы.
    У меня бабушка в колхозе пол жизни проработала (она мне и объяснила разницу меж колхозом и совхозом), побывала в 30-е в Гаграх и Пицунде, еёна мать была в ауте (всю жизнь батрачила), кстати в нашем нечерноземье без колхозов кикоз, что мы сейчас видим.

    Цены не яблони и расти не могут их повышают и, что удивительно, люди это делают, при чём очень часто те же, что зарплату задерживают и не повышают её, называется это -бизнес )) так они (буржуи) деньги зарабатывают. Всё законно и ни кого за это не судят их блин президент уговаривает и пальчиком грозит и это кажут нам лохам по телеку. Мне вообще чихать на ВВП и прочую чушь вроде котировок. При Сталине не было буржуев и это значит, что их прибыли (возможные) шли куда надо-на общее, а то что кто-то с кем-то совершает какие-то сделки и оказывает услуги, типа стрижки собак, мне и подавляющему кол-ву граждан РФ ничего не даёт. Буржуи нашли выход из положения-дают в долг (кредиты) и не только отдельным лицам, предприятиям, но и государствам. Уже все должны, а ты мне за какой то ВВП. Печатать зелёные фантики большого ума не надо, так же как и обменивать одни фантики на другие, позволяя при этом забирать ресурсы (полезные ископаемые) и иметь право завозить товары для нас туземцев.
    VM,

    Вить, ты можешь спорить еще хоть полгода.

    Красные не сдаются!
    В период существования карточной системы распределения с 1929
    по 1934 гг. возросло количество хищений продовольственных и промыш-
    ленных товаров работниками торговли. Во всех изученных нами уголов-
    ных делах Приморского областного суда наряду с растратами денежных
    сумм фигурируют факты расхищения товаров. Например, приговорен-
    ная в 1933 г. к 4 годам лишений свободы с конфискацией имущества
    бывшая заведующая отделением № 9 ВОДТПО, обслуживавшего груз-
    чиков Владивостокского торгового порта, Порошина систематически
    брала бесплатно хлеб и другие продукты, а также промтовары: 5 муж-
    ских рубашек, 2 пары дамских туфель, несколько пар чулок, 2 кашне,
    несколько пар носков. Кроме того у нее была обнаружена растрата в сум-
    ме 1698 руб.

    Большинство расхитителей было осуждено по статье 58-7 УК РСФСР, по Закону от 7 августа 1932 г.
    кост,

    Да у всего разное понимание. И у справедливости понимание разное, и у задержки зарплаты, и у повышения цен. Кохозникам в 30-х совсем не платили зарплаты (не отоваривали трудодни) годами. Хотя налоги драли в полном объёме, да ещё сажали за невыполнение спущенного сверху плана. Это справедливо по твоему?

    И повышение цен из этой же оперы. В любой экономике может быть такое что и цены расти не будут и денег ни у кого не будет, как у тех колхозников, которые ни хрена не получали за свой труд. Отсюда и было изобилие в сталинских гастрономах. Кто будет покупать краковскую колбасу если у людей нет денег? Тоже самое и сейчас. Какой у нас сейчас уровень зарплат в ВВП? Да такой же небось как и при Сталине. Или приближается к нему, то бишь к нулю.
    VM, В этом и коренное отличие меж нами. Мне наплевать на законы если я считаю их не справедливыми. Порядок он всегда существует, только вот понимание его разное. Кстати и меры то же разные.
    И как ты думаешь задержка зарплаты это не хищение в особо крупных? Повышение цен?
    кост,

    Возможно что твоё отношение и поменяет. А моё нет. Поскольку убеждён что за хищения в особо крупных размерах должен быть расстрел при любой власти. И не потому что зависть, а потому что ВСЕ должны знать меру и то кто *** те кто внизу. Тогда будет порядок.
    VM, Тебе или правда не понять или ты спецом тупишь. Где ты увидел что искали доказательства продажи продуктов? Сам факт что они обирали полумёртвых детей, работая в гос. системе, которая пыталась их поставить на ноги (оживить) достаточен. Дальше не нужно и копать, мешки как улики того что это именно они брали продукты, тем самым не соблюдая намеренно раскладку, т. е. знали что должно быть мясо, а клали хлеб, знали что нужен сахар и не ложили его совсем, знали что это как минимум не полезно для слабых организмов (у всех были свои дети), а кол-во мешков показывает что делалось это продолжительное время, т. е. они по сути медленно убивали, тех кого должны были откармливать (о чём естественно знали) это что не вред? они типа просто хотели нажиться, и их именно за это нужно было судить, посчитав финансовый ущерб и заставить вернуть, а дети ну ладно, так что ли?
    Ты даже ставишь под сомнение что они готовили для детей. Так сразу бы и сказал -мол кровавые обкомовцы и их домочацы устроили для себя пекарню, набрали туда полуголодных женщин, те от голода крали по напёрстку сахар из кремовых тортов, спалились и кровавые обкомоцы натравили на бедных женщин кровавых чекистов, те прям на кухне осудили по 58-7, загнали их детей в самый суровый детдом, где было в миллионы раз хуже чем в блокаду, муже в штрафбат. Это в тренде. А все кто сомневается сталинисты и упыри )) и да, чудом выживший будущий художник всю жизнь искал палачей своей семьи и ему было так противно что он даже не захотел посмотреть в глаза последнему из оставшихся палачей, он же не как они и верит что бог яшку видит, узнав всю правду он продолжил ваять свои акварели и ходить по кафешкам, говоря -милочка, не переварите, я вас умоляю. Сценарий прям получился, хоть сейчас к бондарчукам-михалковым.

    VM, Как раз этот факт полностью поменяет отношение и к матери художника и к тем кто её судил.

    И если ты забыл, то дети в Союзе были под защитой государства, кстати в отличие от РФ, США и т. п. и это были именно контрреволюционные (антигосударственные) действия, по определению, законы были такие, хорошие или плохие, правильные или нет, но вот так было.
    Это в твоём понимании только материальные ценности.
    кост,

    Ничего ты не понял. Не в деньгах счастье :))
    На полном серьёзе говорю, даже если окажется что в этой «Кулинарии» готовили обеды для обкомовских домочадцев, на моё мнение о правильности самого приговора заведующей, этот факт не повлияет. А вот обвинение неправильное. Не совершала она контрреволюционных действий.
    VM, В натуре ты кекс )) финансовый ущерб там по стольку по скольку, ты мыслишь как буржуй.
    Алекс. андр.,

    Если о конкретном примере хищения пяти мешков сахара на гос. предприятии в апреле 1942 года, то считаю что наказание заведущей абсолютно адекватным. Даже если в этой «Кулинарии» пекли торты для обкомовских домочадцев, а не готовили обеды для детей-блокадников. А вот само обвинение в контрреволюционной деятельности, неа. Лишнее это. Потому что учитывая только размер реального финансового ущерба это деяние потянет на хищение в особо крупных размерах. Цены на продукты тогда были фантастическими, а в закромах Родины, после коллективизации и индустриализации остались одни мыши.

    кост,

    Это понятно что расширилось. Кстати, слышал о таких случаях что в 30-х реально по делу сажали по 58.7 именно за вредительство, т. е. за действия направленные на срыв посевной (уничтожение семян) и тд. Но здесь-то, какое «вредительство», Вадим? Она что уничтожала этот сахар, т. е. поступала по принципу ни себе ни людям? Это явное хищение с целью перепродажи и наживы. И как говорил выше, хищение в особо крупных размерах. Потому что за этот сахар в 42-ом, можно было купить не одну норковую шубу как у английского посла.

    Если ты помнишь пример из книги министра финансов Зверева, в том же 1942 году пасечник Феропонт Головатый продал на рынке Саратова 200 кг мёда и за эти деньги купил новенький истребитель прямо на заводе. Вот такой был спрос в 1942 году на сладости.
    VM, Я точно знаю что применение ст.58 расширилось благодаря тому что расширилось понятие о гос. собственности, но к данному делу о сахаре, это вообще не имеет отношения, ни какого.
    и в 30-е и не в 30-е и сейчас не всех судят за дело. А партия это не сферический конь, судили в 30-е не взирая на лица, партийность, былые заслуги.
    Происки по любасу, потому как цель не истина, а опорочить или скажешь нет? В данном конкретном случае судили за дело и приговор должен был бы быть расстрел.
    А за хищение частной собственности убивают без суда и следствия, если ты не знал, и не нужно ни кому ни чего шить. Не путай разные вещи, социалистическую и буржуазную законность. Они имеют право защищать свою частную собственность, а государство защищает это право, оно же защищает крупную буржуазию и её собственность ущемляя более мелких, уже поэтому частная собственность не одинаково свята )) В этом неравенстве и суть буржуазной демократии, продажность правосудия и не способность бороться с преступностью, потому как самые главные преступники это буржуи и чем богаче буржуй тем преступнее. Вот они Ленина, Сталина, большевиков и всё советское красят в чёрный цвет, мол мы то гуманнее. Даже смертной казни нет.
    VM, мы все таки о конкретном примере. А так, я с тобой согласен, а как ты хотел? В идейном государстве, отступлением от единой идеи, независимо -по глупости, намерено ли, считалось само событие -кража, само это событие уже было антиобщественным и те люди в это искренне верили. Тут как в вопросе -кого помиловать Варавана или Иисуса?
    Да и с временами у нас как то не складывается.
    Алекс. андр.,

    Этот вопрос сложный. Ну пусть будет что при поставках по ленд-лизу США передавали право собственности, но с ограничениями, поскольку эти поставки предназначались для действующей армии.

    Насчёт военного времени, то это без разницы. Убеждённые сталинисты всё равно скажут что судили за кражу и прочие преступления по 58.7 классифицировав это деяние как вредительство в начале 30-х абсолютно правильно, потому что время было хоть и мирное, но «непростое».

    кост,

    Вадим, а ты точно знаешь что на основании закона от 7.08.1932 года применяли статью 58.7 и это была не судебная ошибка, а обычная практика пришивания расхитителям общенародной собственности 58-ой или только предполагаешь что такое могло быть?

    Мне вот непонятен тезис, дескать, в 30-х судили всех за дело, все виновны, все грешны перед партией как перед Богом, поэтому реабилитация и оправдания, — это происки врагов. Стало быть для утверждающих подобное это будет нормальным явление когда за хищение теперь уже ЧАСТНОЙ собственности пришью, допустим террористическую деятельность, так? Ну а что? Если раньше государство стояло на страже общественной собственности, поскольку было рабоче-крестьянским, следовательно после того как стало буржуйским и основанным на священном праве на частную собственность имеет моральное право защищать свои интересы точно таким же макаром как и его предшественники?
    VM,
    Судили исключительно по УК и в приговорах были ст. УК. На основании ЗАКОНА от 7.08.1932 эти статьи применялись. Не надо вахту путать с баней. Относился он не к хищениям, а к предмету хищений и чисто понятие гос. имущества (общенародной собственности или как хошь это назови, суть одна) расширялось и всё. Он не был каким то особым, он лишь давал направление. Какая разница каким образом наносился ущерб государству? при чём тут универсализм? До указа деятели с кониной и мёртвыми душами похищали не у государства (с точки зрения УК) вот и весь универсализм.
    Любая вещь в этой Кулинарии была государственной и сахар в том числе куплен (взят взаймы, подарен или ещё как) государством им же распределён для каких либо нужд, как он только попал в Союз он общенародный и куда и как им распорядится решают гос. службы (тем более во время карточной системы) и сахар это блин не самолёт (который может быть возвращён) ты хоть думай иногда :)) какое на фиг право собственности США? Теоретически они могли ограничить варианты использования продуктов, но практически закрывали глаза и на более серьёзные вещи (продажу этих продуктов в Финляндии например)

    Она и её подельницы препятствовали нормальной работе Кулинарии (или хлеб вместо мясо это типа нормально), косвенно действуя в интересах врага.
    Вообще статья тут не важна, важно действие и наказание. И есть судебная практика применения УК, а это не единичный случай.
    Тебя не устраивает что судили за гос. преступление?
    Да и под вредительство эта делюга очень даже подходит, они что делали?-вредили истощённым детям, которые на тот момент находились под опекой государства. Вот скажи что не вредили.
    VM, Вить, как это США не передавали права собственности? Согласно первого московского протокола от 01.10.1941 Это был заем, вернее кредитная линия, на 1 млрд. долларов, только выбирался он не деньгами, а техникой и продовольствием. Так, что как только пересекло нашу границу -все, наше, но в долг. А ленд -лизом это считалось лишь по тому, что не довезенное, нам не считали, что соответствовало принципу закона о нем — платишь только за то, что уцелело, и оплата после войны! но Мы осуществляли обратный ленд-лиз. Почему именно ленд- лиз, мне не понятно. Закон сей штатовский и правила его, а мы фактически рассчитывались, так как постовляли в основном руды.
    Если бы эта ситуация произошла допустим в 40, то твои доводы имеют место быть, а в военные, она получила бы эту статью даже не за кражу (хищение), а если бы случайно уронила килограмм этого сахара в речку. Кост прав, дело в трактовке того времени и идеи, это сейчас разбить лампочку в цеху хулиганство, а в то время -минимум саботаж или диверсия.
    кост,

    Вадим, ну вот ты прочитал и привёл мне цитаты из двух докладных записок, — ОГПУ и председателя Верховного Суда об их работе по охране социалистической собственности в соответствии с ЗАКОНОМ от 7 августа 1932 года.

    stalinism.ru

    И ты по прежнему будет настаивать что на основании этого закона приговоры не выносили, поэтому в обвинениях и ссылались на другие статьи (например 58-ю), и что этот закон был узкопрофильным и относился лишь к хищениям в колхозах и на транспорте?

    Если правильно понимаю, то это был особый отдельный закон, по которому и на основании которого выносили приговоры без всяких дополнительных ссылок на статьи уголовного кодекса. И закон этот был универсальным, т. е. применим и к торговле недоброкачественными продуктами питания (дохлой кониной) и к денежным махинациям (оплата труда мёртвых душ).

    Насчёт ленд-лиза.
    А я и не говорил что эти поставки были подарком со стороны союзников. Ес-но, что за эти поставки потом пришлось расплачиваться с буржуями ещё очень и очень долго. В чьей собственности был этот сахар по ленд-лизу на тот момент хищения (апрель 1942 года)? Вот в чём вопрос. Ты говоришь: государственной (общенародной)? А с чего ты взял что поставки по ленд-лизу были в 1942 году общенародной собственностью? А почему не американской? Ведь США не передавали право собственности на материальные ценности поставленные в СССР в рамках ленд-лиза, по крайненй мере пока за них СССР не расчитается, так?

    Алекс. андр.,

    Саш, эта статья 58. часть 7. в простонародье называлась «за вредительство». А здесь явное ХИЩЕНИЕ, которое и по Постановлению от 7 августа 1932 года (если это была буржуйская собственность за утрату которой расплачивалось государство) и по постановлению от 3 марта 1942 года (если этот сахар принадлежал военному госпиталю, в котором и находились дети блокадники, т. е. был военным имуществом) Это расстрел однозначно. Без всякого высасывания из пальца некоего «вредительства» за которое теперь и могут реабилитировать мать этого художника, поскольку её судили за преступление которое она не совершала.
    Алекс. андр.
    Спор в принципе не юридический, а идейный.
    А ей повезло, что был малолетний ребёнок и что это учли.
    И у меня нет сомнений что шла бы она по 58 и без военного положения. Зимой 1942 был указ и преступления против эвакуированных причислены были как преступления во время стихийного бедствия.
    Кстати в УПК (1923), а именно он действовал до 1960, в ст.23 говорится, Суд означает-народные суды, губернские суды, военные и военно-транспортные трибуналы, и Верховный.
    В трибуналах так же участвовали народные заседатели. Часто трибуналы организовывались на базе народных судов и с тем же составом. Я к тому что не столь важно каким судом, а важно что шла война, умирали с голоду дети и она это прекрасно знала.

    Согласно ст. 5 (Конституции 1936) Закона о судоустройстве правосудие в СССР осуществляется на началах:

    «а) единого и равного для всех граждан суда, независимо от социального, имущественного и служебного положения граждан, их национальной и расовой принадлежности;

    б) единого и обязательного для всех судов уголовного, гражданского и процессуального законодательства СССР».

    В ст. 5 Закона о судоустройстве подчеркнут один из основных организационных принципов советского суда — принцип единства судебной системы.

    Согласно Закону о судоустройстве, военные трибуналы в СССР осуществляют те же задачи, что и все другие суды социалистического государства, но только в особых условиях. В соответствии со ст. 102 Конституции СССР и ст. ст. 1 и 64 Закона о судоустройстве, система военных трибуналов входит в общую советскую *** систему и подчиняется высшему надзору Верховного суда СССР.

    Как и все суды в СССР, военные трибуналы руководствуются в своей деятельности единым для всех судов уголовным и процессуальным законодательством. Но в отличие от общих судов военные трибуналы до Отечественной войны совершенно не рассматривали гражданских дел (т. е. споров имущественного характера между гражданами, учреждениями и организациями). Как уже указывалось выше, в 1943 г. военные трибуналы получили на время войны право рассматривать и гражданские иски по некоторым категориям дел.
    кост, Ну ей повезло, что военных она не заинтересовала, а то никакие кассации ее не спасли бы и думаю шла бы она именно по 58. Ведь при введении военного положения можно было схватить пулю в лоб ничего и не крав, допустим есть у Иванова лошадка, он решил ее съесть, по причине голодухи в семье, но лошадку уже посчитали для нужд армии. И вот он тебе -враг народа. Я к тому, что спор о квалификации деяния, в условиях военного положения, скорее всего бесполезный.
    Алекс. андр.
    Мог судить и народный суд, там то же не слабо грузили, вот пример-
    Муж Семеновой, приехав в декабре 1941 года в отпуск, привез домой некоторые продукты и несколько пачек махорки. Семенова одну пачку махорки обменяла на хлеб, а две пачки продала на рынке.

    Она была привлечена к уголовной ответственности за спекуляцию.

    Народный суд Пудожского района Карело-Финской ССР 14 февраля 1942 года осудил Семенову на пять лет лишения свободы. Верховный суд Карело-Финской ССР приговор оставил в силе.

    По протесту Прокурора СССР Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда СССР 24 июня 1942 года приговор отменила и дело прекратила за отсутствием состава преступления, поскольку однократный случай перепродажи товаров в незначительном размере не содержит состава спекуляции. (Судебная практика Верховного суда СССР 1942 г., выпуск 1)
    А с чего вы взяли, что там вообще судил гражданский суд? На территории Москвы, Питера и всей европейской части действовало военное положение -"ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР УКАЗ от 22 июня 1941 года О ВОЕННОМ ПОЛОЖЕНИИ
    Источник: ppt.ru,там вообще мог судить военный трибунал, даже должен был, и все перечисленные вами постановления переходили в его ведение, включая и спекуляцию, а тот скорее всего и опирался на 58 статью при любом деянии (по законам военного времени), и вряд ли кто заморачивался деталями улик и количеством, по факту — все подрыв обороноспособности и угроза государству.
    Рекламодателям Контакты
    Copyright © rusbiathlon.ru (русбиатлон), 2003-21
    РБ – популярный спортивный онлайн сайт, только самые интересные новости спорта в России и мире на сегодня!
    Копирование материалов без ссылки на данный портал запрещено! Сайт для людей старше 16+ лет
    Политика конфиденциальности