Свободное общение Карта сайта Поиск
можно через
  • вконтакте
  • одноклассники
  • google
  • lасeбооk
О главных событиях, прошедших в мире Олимпиады 1 октября

Новости Олимпиады за 1 октября

  • 1 октября 2022 (10:30, суббота)
  • 0
  • РИА Новости

Владимир Крамник: решение Карлсена не осуждаю, но я б так не сделал

Проживающий в Женеве XIV чемпион мира по шахматам Владимир Крамник в интервью корреспонденту РИА Новости Спорт рассказал, что не ощущает себя всемирно известным человеком и не имеет двойного гражданства, высказался о скандалах с участием Магнуса Карлсена и инциденте с Сергеем Карякиным, назвал причины неудач сборной России на Всемирных олимпиадах и поделился впечатлениями от работы с юными талантами.

Крамник станет одним из участников элитного турнира по рапиду и блицу "Шахматные звезды-2022", который проходит в Москве на площадке Vegas Крокус Сити с 30 сентября по 5 октября.

— Владимир Борисович, вы недавно были избраны в консультативный совет Международной шахматной федерации (FIDE). В чем заключаются ваши функции?

— Я больше выполняю роль советника, потому что с переизбранным (в августе) президентом FIDE Аркадием Владимировичем Дворковичем мы знакомы уже давно. Еще до того времени, когда он стал президентом Федерации шахмат России. У нас сложилось хорошее понимание и взаимоуважение. Поэтому он иногда спрашивает, что я думаю по тому или иному поводу.

— Итоговое решение принимает, конечно, он, а моя роль заключается в консультациях по каким-то серьезным вопросам. Например, по деталям проведения матча на первенство мира — я все-таки человек в этом плане опытный.

— Решение об увеличении количества партий с 12 до 14 в матчах принималось при вашем участии?

— Да, в том числе и после консультаций со мной. Но я не единственный, кто принимал участие в обсуждении данной темы. Я знаю, что Дворкович также советовался и с (XV чемпионом мира индийцем) Виши Анандом. Это правильно, ведь мы очень опытные люди, знаем этот вопрос изнутри и можем что-то подсказать.

И увеличение числа партий до 14 довольно логично. Тем более что это кардинально не меняет ситуацию. Но все равно мне кажется, что чем больше партий будет сыграно для определения чемпиона мира, тем лучше. В разумных, конечно, пределах.

Но кардинально это ситуацию не меняет. Сильнейший шахматист должен выиграть и за 12 партий, но 14 все же дают большую вероятность того, что не будет случайного результата.

— Какие проекты вы сейчас курируете в России?

— После того как я закончил с активными шахматами, я сказал, что в любом случае готов помогать. Это и детский центр "Сириус", безусловно. Моя работа в первую очередь связана с детскими и юношескими шахматами на топ-уровне.

С учетом ситуации в пандемию, когда было сложно проводить сессии вживую, я нашел спонсора и мы за полтора года провели уже очень много таких сессий с лучшими мальчиками и девочками в возрасте от 10 до 14 лет.

Я сам читаю лекции, и мы привлекаем к участию топ-игроков. И у наших ребят уже есть определенные успехи на международной арене.

— О чем они в первую очередь спрашивают вас — как стать чемпионом мира?

— Нет, главное не это. Я же сам в свое время учился в школе Михаила Ботвинника/Гарри Каспарова*. Очень важно в этом возрасте иметь возможность получать знания от игроков топ-уровня. Потому что есть очень большая разница между хорошим тренером и топовым игроком. Гроссмейстер может рассказать об определенных вещах в шахматах на том уровне, на который другие не способны даже при всем желании.

Я помню себя в этой школе: для меня были важны не какие-то конкретные знания или секрет, который мне открыли. Нет, секретов не было. А важно то, что ты начинаешь чувствовать и понимать мышление таких корифеев, как Каспаров и Ботвинник. И начинаешь перенимать какие-то вещи, о которых не прочитаешь ни в одной книге.

Да, я отвечаю на какие-то вопросы, но самое главное — чтобы талантливый мальчик или девушка впитали в себя этот метод мышления. Именно на живом примере. Как раз тогда в той школе я понял, как мыслят эти игроки, и это очень сильно обогатило меня. Надеюсь, что то же самое происходит и с нашими мальчиками и девочками.

— Сейчас детские шахматы очень мощно развиваются в Индии, Китае, Иране. А вы видите россиян, которые в ближайшие годы могут ярко сверкнуть?

— Конечно, они есть. Другое дело, что есть очень большая дистанция между "могут" и "сделают". Потому что в этом возрасте ты работаешь без гарантии. Кроме большого таланта, нужны еще многие качества личности и характера. А в 10-12 лет они еще не сформировались. И выдержит ли нервная система эти нагрузки? Гарантий нет, но по масштабу таланта в России есть дети, способные конкурировать.

Не все станут чемпионами мира, но мне кажется, что самое важное в педагогической работе — чтобы ребенок реализовал потенциал по максимуму. У каждого он свой, а ты помогаешь, чтобы он реализовался полностью. А дальше все уже зависит от Всевышнего. До каких высот он дойдет — это уже не в моей компетенции (с улыбкой).

Лозунгом "Спорт вне политики" играют как хотят

— Как вы оцениваете дисквалификацию Сергея Карякина FIDE из-за поддержки спецоперации, приведшей к пропуску турнира претендентов? Были ли у него шансы на выигрыш турнира?

— Конечно, в этом нет ничего хорошего. И есть странное несоответствие. Потому что есть известный лозунг "Спорт вне политики". И спорт действительно находится вне политики, но в определенный момент он вдруг становится частью политики, а потом снова из нее уходит. Этим лозунгом играют как дышлом.

Мне очень хотелось бы, чтобы мы четко определились — спорт вне политики или нет. Будем надеяться, что когда-то это произойдет.

Сергей все-таки завоевал право играть в турнире претендентов. Жаль его, я считаю, что у него, безусловно, были шансы побороться за победу. Но, опять-таки, что здесь скажешь? Мы не в силах изменить мир, тем более что в последнее время он, скажем так, стал временами иррациональным и непредсказуемым.

— Сергея восстановили в правах, но несколько дней назад Норвежская федерация шахмат призвала бойкотировать турниры с его участием. Как вы воспринимаете это предложение?

— Я предпочитаю комментировать решения, а не предложения.

Швейцария как бы потеряла свой нейтралитет

— Но в среду было и решение. Власти Швейцарии не пустили XII чемпиона мира россиянина Анатолия Карпова в страну на презентацию в штаб-квартире ООН фильма о нем "Чемпион мира". Как быть с этим?

— Это суверенное право каждой страны. Другое дело, что Швейцария, конечно, свой нейтралитет как бы потеряла. Считаю, что каждая страна имеет право решать, что она хочет. Мой подход к этому всегда был очень простой: не хотите — и не надо, я не поеду к вам. Мне кажется, тут ни на кого обижаться не надо.

Сильный человек должен иметь такой подход: не пускаете — ну, вам же хуже. Я думаю, что Анатолий Евгеньевич без этого прекрасно проживет и будет себя отлично чувствовать. Это проблема страны: если она не хочет пускать выдающихся музыкантов, шахматистов, то плюсов у этой страны не будет. А Анатолий Евгеньевич этого даже и не заметит.

Вы же понимаете, ситуация в мире сейчас очень напряженная, нервная и часто принимаются неадекватные решения.

Решение Карлсена выглядит странно

— Как вы оцениваете решение Магнуса Карлсена отказаться играть матч за звание чемпиона мира?

— Чемпион мира все-таки прежде всего человек, и он имеет право решать — играть ему или нет. Я прекрасно понимаю, что матч на первенство мира — это очень серьезные перегрузки, и, возможно, у него произошло некое психологическое выгорание. И он устал делать сверхусилия, может быть, не был полностью готов.

Для меня очевидно, что второй поединок с Непомнящим был бы для него сложнее. Ян, конечно же, получил очень большой опыт и учел ошибки первого матча.

Все-таки есть очень серьезная разница, играешь ты первый матч или второй. У тебя уже накоплен необходимый опыт, ты извлек выводы из своих ошибок, и я уверен, что Магнусу было бы намного сложнее.

Магнус это прекрасно понимал, и в совокупности с тем, что мотивация у него, видимо, чуть-чуть просела, он, наверное, и принял такое решение. Для меня оно немного странное. Но он человек другого поколения, я все-таки был воспитан в том духе, что ты как чемпион мира несешь повышенную ответственность. И должен играть и отстаивать свой титул, как бы тяжело тебе ни было.

Я тоже подвыгорел перед матчем с Анандом, надо это признать. Но тем не менее ты должен это делать. Но опять же, я не осуждаю Магнуса, просто это мое воспитание и моя точка зрения. А у него она абсолютно релевантна. Ну не хочет он играть, уступил титул и все.

Немного жаль, потому что он величайший шахматист. И если бы он закончил выступать, то все было бы понятно. Но он же продолжает, и это немного как бы подрывает значимость титула. Но, с одной стороны, я почти уверен в том, что Магнус вернется в нужный момент. А с другой, это точно не проблема Яна, сейчас ему надо играть с очень сильным китайским шахматистом Дин Лижэнем. Ему надо просто собраться и выиграть.

Похожая ситуация была в 1975 году, когда американец Роберт Фишер отказался играть матч, но Анатолий Карпов от этого не стал менее великим чемпионом мира. Он завоевал титул и потом на протяжении многих лет доказывал, что является великим чемпионом. И такое решение не должно как-то выводить Яна из себя.

Шансы Непомнящего на чемпионство выше

— Можно ли Непомнящего считать фаворитом матча?

— По моему профессиональному ощущению, Ян — фаворит. Но сбрасывать со счетов Дин Лижэня неправильно, он колоссальный шахматист. Просто он порой играет немного неровно.

У него бывают моменты, когда он может играть фантастически сильно. Но и встречались эпизоды с провалами, он немного нестабильный шахматист. Матч будет более-менее равным. И когда я говорю, что Ян фаворит, это не значит, что я ему отдаю 80% победы. Нет, его шансы я оцениваю в 55, может быть, в 60%. Но это будет тяжелый матч.

С некоторой стороны Яну было бы легче играть с Магнусом. Потому что ты понимаешь, что тебе надо выложиться на все сто и прыгнуть выше головы, чтобы обыграть такого великого шахматиста. Думаю, что Ян начнет матч в статусе небольшого фаворита, а это уже другая психологическая ситуация. И ему надо к этому приспособиться и в то же время не взваливать на себя слишком большой груз ответственности.

Самая главная ошибка перед матчем — считать, что ты должен и обязан его выиграть. Это очень сковывает. Поэтому я надеюсь, что Ян избежит этой ошибки.

Карлсен не должен был затевать скандал

— Карлсен снялся с престижного турнира в США после партии с Хансом Ниманом. Потом сдался американцу после двух ходов на следующем соревновании, а недавно обвинил его в жульничестве. Как вы оцениваете эти поступки и имеет ли чемпион мира право на подобные заявления?

— Могу сказать как профессионал достаточно высокого уровня — по партии в Сент-Луисе у меня нет абсолютно никакой уверенности в том, что Ниманн использовал компьютерные подсказки. Этого не видно, была сыграна нормальная партия. Но она очень не сложилась для Магнуса: был плохо разыгран дебют и ничего сверхестественного соперником сделано не было. По этой партии я не вижу предпосылок для обвинения Ниманна.

Другое дело, что он раньше в онлайн-партиях использовал помощь компьютера. Но это не говорит о том, что Ханс делал это и сейчас. Потому что это намного сложнее осуществлять в обычных шахматах. Единственное, что я думаю, — может быть, Магнус что-то знает, чего не знаем мы, и у него есть более веские доказательства.

Как человек, не вовлеченный в эту ситуацию, я просто профессионально посмотрел партию и не нашел причин для, по крайней мере, однозначных обвинений. Мне пока странно все-таки видеть такое прямое обвинение и снятие с турнира из-за этой партии. Я думаю, что ни один топ-гроссмейстер вам на 100% не скажет о наличии подсказок, так сыграть мог абсолютно любой шахматист с рейтингом в 2700 единиц. Ничего выдающегося в партии не было.

Ситуация странная, потом эта сдача партии. Я бы так себя не вел. Мне все-таки кажется, что лицо мировых шахмат, действительно великий чемпион мира Карлсен не должен был сниматься с турнира и устраивать такой скандал. Это можно делать только в случае абсолютной стопроцентной уверенности в обмане. Но опять же, если она у него есть, то я бы хотел узнать конкретную причину этой уверенности.

Мошенничество можно победить быстро

— Читерство вообще возможно на таком высоком уровне или нет?

— Теоретически, конечно, возможно. А практически, происходит оно или нет, мы не знаем. Скорее всего, нет. Но надо разделять онлайн-турниры, в которых это вообще нереально остановить, и игру вживую. Здесь это довольно сложно организовать, поэтому если это когда-то и происходит, то это совершенно единичный случай.

Я еще в 2012 году разговаривал с сотрудниками комитета FIDE по борьбе с мошенничеством. И тогда я рассказал им о методах, которые можно предпринять для полного исключения этого явления. С тех пор ничего не изменилось кроме того, что добавились пара современных технологий, которые решат эту проблему практически полностью.

Они требуют некоторых финансовых вливаний, и в этом вопросе я не вижу никаких проблем, кроме денежных. Чтобы закрыть тему. Когда эта проблема существует, то часто начинается паранойя из-за того, что кто-то очень сильно провел турнир.

Но ведь так бывает, человек находится в очень хорошей форме, и ему где-то повезло. Я немного вращаюсь в этой сфере, общаюсь с некоторыми игроками и знаю, что обстановка довольно нервозная. Она нездоровая, но подчеркну самое важное: эта проблема абсолютно решаемая, вопрос только в желании и определенных финансах.

— Вас можно назвать человеком мира, вы жили в Москве и Париже, сейчас в Женеве. А бывают моменты, когда накатывает ностальгия по России?

— Да, бывает, но сейчас же мир стал другой. Налетела ностальгия — взял билет на самолет и полетел. Я довольно часто бываю в России, и у меня нет никаких проблем с тем, чтобы посетить друзей и родных.

Юное поколение сметет многих

— Кто из молодых россиян в ближайшие годы может выйти на титульный матч? И как вы оцениваете потенциал Алирезы Фирузджи, это будущий чемпион мира?

— Я бы не хотел называть фамилии, это не очень корректно по отношению к другим. Это всегда было моим принципом — даже когда я работаю с детьми, я никогда не говорю, кого считаю более перспективным. Это не педагогично. У меня есть, конечно, какие-то внутренние ощущения, у кого шансов больше или меньше, но называть это публично не стоит.

Фирузджа сейчас не единственный молодой претендент, сейчас идет очень сильное поколение. Четыре-пять индусов, юные ребята из Узбекистана и Ирана. Это поколение идет вслед за Фирузджей, который, безусловно, очень талантлив и долго будет топовым игроком.

В общем-то, он единственный, выстреливший из своего поколения, поэтому он так ярко и выделяется. А следующее поколение, от 15 до 17-18 лет, как я вижу, будет просто выдающимся. А конкуренция — высочайшей.

Поэтому я не стал бы выделять Фирузджу. Конечно, он один из таких претендентов на звание чемпиона мира. Но я бы назвал индийцев Рамешбабу Прагнанандха, Доммараджу Гукеша, Нихала Сарина, того же Садхвани Раунака, который будет играть в турнире в Москве, Нодирбека Абдусатторова из сборной Узбекистана и ряд его коллег по команде.

Я могу гарантировать, что почти все они точно будут в первой мировой десятке. И кто-то из них станет чемпионом мира. А кто именно Садхвани Раунака не знаю (с улыбкой). Можно сказать, что Фирузджа первым из своего поколения вошел в топ-10, а следом идет целая плеяда ярких шахматистов.

Гроссмейстерам из первой десятки, особенно с учетом того, что многие из них уже немолоды, надо быть настороже. И я боюсь, что довольно скоро очень сильно сменится состав десятки, юные ребята начнут заявлять о своих правах. И по таланту, и по игре.

Но и наши тоже подтянутся. К тому же у нас есть и актуальные игроки очень высокого уровня. Я сейчас делаю упор на шахматистов в возрасте 10-14 лет, лучшие из них подойдут чуть-чуть попозже.

— К сожалению, приходится констатировать, что сильных россиян в перечне 15-18 летних талантов нет?

— Ярких игроков нет, но так бывает. Вот в Индии среди шахматистов с разницей в два года — пять-шесть колоссальнейших талантов. Это какое-то невероятное поколение. Но это ведь большая редкость, это стечение обстоятельств.

— И после Ананда у них долгое время никого не было.

— Да. И вдруг все так резко выросли одномоментно. И нельзя сказать, что у нас поколение 15-17 летних шахматистов просело, из него вырастут игроки хорошего уровня. Но таких, которые будут конкурировать с этими очень яркими звездами, я не вижу.

Но это всего два-три года, а потом подойдут другие ребята.

И было ведь невероятное поколение условно 1990 года рождения — Карлсен, Непомнящий, Карякин, совершенно фантастические шахматисты. Бывают такие поколения, в которых очень велика концентрация громадных талантов.

И была ситуация в начале 90-х годов, когда мы все буквально за пару лет зашли в элиту новым поколением — Ананд, Борис Гельфанд, Василий Иванчук, я, Алексей Широв, Веселин Топалов, Петер Леко. И мы просто сразу смели первую десятку, за пару лет она изменилась полностью, в ней остались только Каспаров и Карпов.

Хотя там были шахматисты очень высокого уровня — Артур Юсупов, Валерий Салов и другие. И мы остались в элите на много лет. И сейчас мне кажется, что происходит то же самое, заходит мощнейшее поколение. Что мне, кстати, очень нравится и крайне интересно.

Не ощущаю себя мировой звездой

— Помогает ли ваша известность в решении различных деловых и житейских вопросов?

— Нет, никак. Да я и сам не пытаюсь. Но однажды была ситуация, когда я жил во Франции. У меня же нет никакого другого паспорта, кроме российского. И поэтому мне надо было постоянно продлевать разрешение на пребывание в стране. Каждый год я приходил, заполнял какие-то бумажки, стоял, как и все, в очередях, и продлевал его.

И мне как-то повезло, что начальником департамента иммиграционной службы назначили большого любителя шахмат. И с этого момента все изменилось. Я тогда пришел, сдал документы и встал в громадную очередь вместе с представителями африканского континента. В очередь, в которой можно стоять часами.

И вдруг вышла какая-то женщина и предложила пройти в кабинет. Я зашел, и оказалось, что начальник всего департамента является большим любителем шахмат. По юношам он играл в первенстве Франции и, увидев меня, был просто счастлив. И он мне сказал: "Говорите дату, когда вам удобно будет прийти и мы будем вам все продлевать каждый год".

И с тех пор у меня проблем не было. А ведь раньше мне назначали дату, и если я в это время играл в турнире, то просто не знал, что делать. А тут он мне сказал: "Скажите дату, когда вам будет удобно забрать документы".

Случайно такое бывает. Но я никогда не пытался этим пользоваться, да и зачем? Всегда стою в очереди наравне со всеми. Во-первых, я не чувствую себя вправе пользоваться чем-то. А во-вторых, не ощущаю себя какой-то звездой. У меня абсолютно нет этого внутреннего ощущения.

— 3 октября на турнире будет выходной день, но у вас запланирована довольно обширная программа. Чем будете заниматься?

— У меня будет встреча с детьми и я проведу мастер-классы (на площадке Vegas Крокус Сити). Я это часто делаю, потому что понимаю, насколько это важно для ребенка — встретиться с игроками, партии которых они изучали. Я помню, что когда впервые увидел Михаила Ботвинника и Гарри Каспарова, то для меня это был большой эмоциональный подъем. И это дает детям большую мотивацию, а для них это важно.

Но это важно и для меня, потому что когда ты общаешься с такими умными, увлеченными и искренними детьми, то у тебя самого появляется какая-то новая энергия. Видеть их увлеченность делом тоже очень приятно. И когда у меня есть возможность, я обязательно стараюсь принять участие в таких проектах.

Шахматы — всего лишь игра

— Ставите ли вы для себя какую-то возрастную черту, после которой полностью отойдете от шахмат и сосредоточитесь на чем-то другом?

— Я уже отошел от них. Конечно, я сейчас не нахожусь в профессиональных шахматах.

— Но можно ведь быть тренером?

— Это другой вариант, и я этим занимаюсь. А зачем мне вообще уходить из шахмат? У меня есть большой опыт, есть знания, и я могу их передавать и топ-игрокам, и детям, не обязательно при этом играя в турнирах. Пока они релевантны и кому-то нужны — почему бы не поделиться? А с игровой точки зрения я любитель, а не профессионал.

— Элитные шахматисты являются конкурентами, и вряд ли можно говорить о дружбе между ними. А с кем из гроссмейстеров у вас много лет сохраняются хорошие отношения?

— Я всегда очень четко делил профессиональную игру и человеческие отношения. У меня никогда не было такого, что мой конкурент является врагом. И поэтому соперники всегда были моими приятелями. С тем же Виши Анандом у меня были и сохраняются теплые отношения. Хотя он меня и обыграл в матче на первенство мира. Ну и молодец — кто в этом виноват, кроме меня?

Я и сейчас переписываюсь со многими игроками, к примеру, с Борей Гельфандом и Сашей Грищуком. Можно и других назвать, того же Виши. Да, есть шахматисты, с которыми у меня не очень хорошие отношения, но, правда, их мало. И это не связано с шахматами, это вызвано больше какими-то человеческими причинами. Шахматы — всего лишь игра (с улыбкой).

Многое определяет судьба

— Имена 16 чемпионов мира всем хорошо известны. А кого бы вы назвали из числа тех, кто по таланту был достоин титула, но так и не смог завоевать его?

— Таких игроков не так уж и мало. Кому-то просто не повезло, они попали на мощное поколение. Например, когда играл Гарри Каспаров. Я считаю, что из моего поколения просто невероятный талант был у Василия Иванчука. А кто-то попал в поколение Анатолия Карпова, который тогда был в зените. Тот же Виктор Корчной, например. Всех он смог обыграть — кроме Карпова.

Безусловно, было немало шахматистов, которые могли бы стать чемпионами мира. Но чтобы стать им, помимо большого таланта, работы, каких-то личностных качеств еще нужно и немного удачи.

Василий Васильевич Смыслов всегда говорил, что чемпионами мира не становятся, чемпионами мира рождаются. Нужно какое-то предопределение судьбы, должно все сложиться. И я тоже отчасти считаю, что я тоже мог не стать чемпионом мира, у меня было мощнейшее поколение. И был еще и Каспаров.

Но сложилось так, что я им стал. У каждого человека своя судьба. В любом случае фиксироваться на чемпионстве не надо. Даже если ты просто третий шахматист мира, это уже просто очень большое достижение. Ты уже достиг многого.

Я не сторонник концепции, что есть только первое место и все остальные. Во второе и третье место вложено колоссальное количество труда и сил, личности человека. Иногда разница между первым и третьим — это вопрос удачи. Наличие которой от тебя не зависит.

Нравятся лекции по квантовой физике

— Анатолий Карпов увлекается филателией, Роберт Хюбнер всерьез занимался психологией, Петр Свидлер не пропускает матчей по крикету. А что привлекает вас?

— У меня много увлечений, но выделить какое-то одно я не могу. Свободного времени мало, и вопрос заключается в том, где его найти для всех увлечений. Люблю смотреть теннис и бокс, люблю науку, в последнее время мне стала интересна квантовая физика, я слушаю лекции по этой теме. Интересна философия, музыка различных направлений, но больше классическая, отчасти искусство.

Спектр моих интересов широк, и у меня нет проблемы, чем заполнить свое свободное время. Я люблю слушать философские и научные лекции, я всеядный человек, мне интересно очень многое, но где найти время? И если у меня выпадает два свободных часа, то, значит, день получился легкий.

— Ваши дети — 13-летняя Даша и 9-летний Вадим — увлекаются шахматами?

— Не особо. Я им, конечно, показал, как ходят фигуры, но какого-то огромного интереса шахматы у них не вызвали. Ну нет и нет, это ведь дело добровольное. Сын немного играет в футбол, знает всех игроков и кто куда перешел. Дочь больше гуманитарного склада и увлекается музыкой и литературой.

Но я их не заставляю. Да, шахматы важны для развития ребенка, но если это начинает идти через "не хочу", то зачем?

Есть ведь и многие другие вещи. Вадим, например, легко решает какие-то непростые математические задачи, а шахматы ему не так интересны. Ну и хорошо.

Прорвался без чьей-то помощи

— Вы однажды сказали, что могли бы добиться большего, если бы с вами постоянно был надежный старший тренер и друг. Почему этого не получилось у игрока первой десятки?

— Я об этом не сожалею, у каждого свой путь. У меня и так все неплохо получилось. И я ведь попал во время, когда был некий разлом. Советский Союз прекратил свое существование, начались полные пертурбации, но, к счастью, я успел застать школу Ботвинника/Каспарова, которая находилась на государственном финансировании.

В этом плане мне повезло, как и в том, что в свои 15 лет я стал уже хорошим шахматистом и быстро выскочил на топ-уровень. И уже сам мог себя обеспечивать, в том числе и подготовку к турнирам. Я ведь из провинции, не из Москвы и Петербурга, а у Карпова и Каспарова с молодых лет были более старшие опытные наставники, которые их вели по жизни.

У меня такого не было, я неким образом все делал методом проб и ошибок. Я точно ни на что не жалуюсь, потому что мне все равно удалось добиться большего, чем я ожидал. И раз так получилось, значит, все так и должно было сложиться.

Особой поддержки у меня никогда не было, я все делал сам. Приглашал тренеров и оплачивал их работу, сам покупал билеты и так далее.

И у меня не было государственной поддержки, которая, безусловно, была и у Каспарова, и у Карпова. И то, что я стал чемпионом мира без той поддержки, которая была у моих предшественников, вызывает у меня определенную гордость — от того, что мне удалось прорваться одному. Полностью на самообеспечении.

Первый раз какую-то финансовую оплату своей подготовки я получил от федерации только в 2007 году. Уже будучи трехкратным чемпионом мира и трехкратным победителем Всемирных шахматных олимпиад. А до этого я ни разу не получал никакой финансовой поддержки. Но ничего, все делал из своих призовых. И вроде все нормально получилось.

— В родном Туапсе сейчас часто удается бывать?

— В ситуации с пандемией было сложно, но иногда я посещаю свою родину. Город сильно изменился, но у меня там остались и одноклассники, и родственники живут в Краснодарском крае.

Спокойствие восполняет энергию

— Размеренная и спокойная жизнь в Швейцарии вам по душе? Не хочется порой почувствовать более активный ритм?

— В первую очередь важны люди, которые тебя окружают, — твоя семья. И важно не то, где ты находишься, а кто рядом с тобой. Конечно, такой ритм временами скучноватый, но, с другой стороны, у меня много дел, поездок и встреч. Это отнимает много энергии, и, может быть, как раз это и лучше. Ведь когда я приезжаю домой, то в таком расслабленном ритме можно спокойно накопить нужную энергию.

Если бы я там жил безвыездно, то, наверное, мне было бы скучно и тяжело. Но это неплохое место для того, чтобы восстановить утраченную энергию. И, опять же, у меня жена француженка, у детей первый язык французский, и им там жить удобнее. А меня это устраивает.

И такой медленный-медленный швейцарский ритм жизни немного снимает стресс от поездок и большой загруженности. Я даже помню, что в первые полгода после нашего переезда в Швейцарию я не мог понять, почему все происходит так медленно. Все течет, как при замедленном воспроизведении видео. Сначала меня это раздражало, а потом я понял — как будто специально скорости в общественной жизни чуть-чуть ниже. И, может быть, поэтому население чувствует себя более спокойно при все возрастающем ритме жизни. И сейчас я к этому привык.

— Ваши соседи знают, кто вы?

— Да, кто-то знает. Но для меня это никогда не имело особого значения. Я понимаю, что люди меня воспринимают немного по-другому — как чемпиона мира по шахматам. Но я себя ощущаю просто обычным человеком и могу спокойно общаться с разными слоями населения.

У меня в этом плане нет ни какого-то снобизма, ни какой-то внутренней звездности. Поэтому, честно говоря, я предпочитаю, чтобы ко мне относились без учета этого, просто как к человеку. В основном мои приятели так и относятся, чемпион мира ты или нет, это не имеет для них большого значения.

— Основные стереотипы о Швейцарии — нейтралитет, банки, сыр и шоколад. А что бы вы назвали отличительными чертами, выходящими за привычные рамки?

— Безусловно, это очень организованная страна, в менталитете и во всем все разложено по полочкам и по плану. Если ужин начинается в 19:05, то все в 19:05 и приходят. И если он оканчивается в 21:05, то также все в это время и уходят.

Это, конечно, специфично, но в стране все очень мощно организовано. В том числе и в общественном транспорте.

Такой немного немецкий стиль. Но есть и такие вещи, которые мне в России нравятся больше. Как и те, которые больше нравятся там. Каждая страна имеет свой какой-то характер и менталитет, и это надо нормально воспринимать.

И не надо из Швейцарии делать Россию, а из России Швейцарию, все равно не получится.

— Какой из городов мира полюбился вам сразу, поездку куда вы предвкушаете?

— Это не связано с географией, для меня всегда первичны люди. Если я предвкушаю поездку куда-то, то по той причине, что я там встречусь с людьми, которые мне приятны. А красивых городов в мире более чем достаточно: Санкт-Петербург — красивейший город, в Италии есть прекрасные города. И Швейцария очень красивая страна, хороших мест в мире хватает. Главное, чтобы людей хватало.

Ищите не кумира, а свой стиль

— На стиль кого из известных шахматистов вы ориентировались в юности?

— Моей первой книгой был сборник партий Анатолия Карпова, который тогда был чемпионом мира. И, наверное, они максимально сильно определили мой стиль игры, он чуть ближе к Карпову. Но потом я учился в школе Каспарова, которая тоже очень сильно на меня повлияла. И, пожалуй, по стилю игры я нахожусь где-то между ними, у меня получился симбиоз их стилей.

Но я никогда не имел кумира. Мне кажется, что очень важно выработать свой стиль игры, копировать кого-то нет смысла. Если ты хочешь добиться высочайших достижений, то в какой-то момент ты должен стать самим собой. Выработать какое-то свое видение игры и следовать ему. Это я понимал в достаточно молодом возрасте, поэтому не пытался кого-то копировать.

На Олимпиадах не хватало везения

— Вы трижды выигрывали Всемирные шахматные олимпиады. Потом не раз играли в составе сборной России, которая неизменно была фаворитом, но побеждать команде больше не удавалось. С чем это было связано?

— Я тоже думал об этом, возможно, мы исчерпали какой-то лимит удачи. Ведь в определенный момент мы выиграли 11 Олимпиад подряд, и я могу сказать четко, что некоторые победы были одержаны абсолютно на везении. Когда мы порой никак не должны были выигрывать, но побеждали.

И, безусловно, после распада Советского Союза очень сильно возросла конкуренция. И нашими главными и мощнейшими соперниками стали сборные из бывших республик — Армении, Азербайджана и Украины. А это совсем другая ситуация, ведь раньше эти шахматисты были в нашей команде. И сборная Армении трижды выигрывала Олимпиады.

Но в любом случае мы хотя бы раз после этого должны были выиграть Олимпиаду. И в 2012 году в Стамбуле мы были очень близки к этому. Очень близки, но просто нам откровенно не повезло. То же самое было и в 2010 году на турнире в Ханты-Мансийске. Буквально один неудачный ход в одной партии из сотни сыгранных и все. Глупая ошибка, так бывает, и мы не выиграли Олимпиаду.

В какой-то момент просто наступил ступор. Но рано или поздно у нас все же будет какой-то прорыв и мы победим. Потому что Олимпиада порой — это просто вопрос везения. В турнире играет очень много команд, и иногда надо, чтобы в предпоследнем или последнем туре тебе немного повезло.

— Был же какой-то дикий случай, когда судьбу первого места для нас решал результат команд из третьей-четвертой десятки?

— Да, в 2012 году мы поделили первое и второе места со сборной Армении. И исход борьбы за золото решил матч команд Бангладеш и Боснии и Герцеговины. Нам было нужно, чтобы боснийцы выиграли со счетом 3-1, а они сыграли 2-2. Хотя сборная Боснии и Герцеговины была на порядок сильнее соперника.

И ведь первое место мы делили не один раз. В том числе на последней Олимпиаде, на которой я играл, мы разделили места с первого по третье со сборными США и Китая. Но по дополнительным показателям заняли третье. А сложись все чуть-чуть удачнее, то стали бы победителями.

И я бы не говорил о каком-то провале, нам постоянно не хватает какого-то везения. Да, были какие-то неудачные для нас Олимпиады, но в целом мы всегда были в борьбе за победу и место в тройке. И ведь при дележе разница между первым местом и третьим на бумаге большая, а в реальности это мизерное соотношение в дополнительных показателях. Которое, опять же, решается в матчах каких-то сороковых команд в мире.

И что тут поделаешь? Но у нас по-прежнему есть хорошая школа и много сильных шахматистов. Конкуренция растет, но та же сборная США в последние годы стала очень сильной, потому что они скупили очень многих игроков (итальянца Фабиано Каруану, филиппинца Уэсли Со, кубинца Леньера Домингеса, армянина Левона Ароняна).

И у них же, по большому счету, лишь есть один игрок, родившийся в США — Хикару Накамура. И если идти таким путем, то понятно, что можно резко усилить команду. А у нас играют все свои, российские гроссмейстеры. И поэтому ситуация немного сложнее.

Но, конечно, неприятный осадок все же немного остался. Мне хотелось бы напоследок выиграть еще одну Олимпиаду, и мы пару раз были настолько близки к этому. Но что-то не получалось. Но ничего страшного, будущее поколение россиян еще выиграет Всемирную олимпиаду.

— Владимир Борисович, кем бы вы стали, если бы не успехи в шахматах?

— Не знаю. Но я бы точно пошел по какой-либо математической или научной линии, у меня такой склад ума. Потому что когда я был ребенком, то мне это было интересно и давалось достаточно легко. Но меня тогда настолько увлекли шахматы, все настолько попало в точку, что уже лет с шести-семи я был уверен, что стану профессиональным шахматистом.

По-детски, конечно, наивно, но у меня абсолютно не было мечты, как у многих детей, стать, например, космонавтом. В детских классах я писал сочинение на тему "Кем я хочу стать". Конечно, я что-то выдумал, потому что написать, что хочу стать шахматистом, было бы как-то странно.

Но уже тогда я понимал, что хочу быть шахматистом и буду им. Естественно, я не думал, что пройду настолько далеко. Но мне все так нравилось, что даже если бы я стал мастером или средним гроссмейстером, то я был бы счастлив быть шахматистом.

У меня такой специфический случай, но если рассуждать теоретически, то я бы пошел по какой-либо научной физико-математической стезе.

* Физическое лицо, выполняющее функции иноагента в России.

Это все главные новости российского и мирового Олимпиады за 1 октября.


    Рекламодателям Контакты
    Copyright © rusbiathlon.ru (русбиатлон), 2003-22
    РБ – популярный спортивный онлайн сайт, только самые интересные новости спорта в России и мире на сегодня!
    Копирование материалов без ссылки на данный портал запрещено! Сайт для людей старше 16+ лет
    Политика конфиденциальности